Добро пожаловать! Подробнее о ролевой вы можете узнать в темах, ссылки на которые даны ниже. С любыми вопросами обращайтесь к администрации. Приятного пребывания на форуме!

Игровые вводные:


Место действия: Лос-Анджелес
Время: официальное время игры - московское.
Рейтинг ролевой - NC-21


Новым участникам необходимо посетить следующие темы:

Вводная информация по игре МегаполисЪ

Общие правила ролевой игры
Обязательная анкета

Администрация
Tristan
Луминар

Погода в Лос-Анджелесе:

Прогноз погоды в Лосе Анжелесе

МегаполисЪ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » МегаполисЪ » За пределами города » Техас, Даллас


Техас, Даллас

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Техас — штат на юге США. Техас является одним из центров американского сельского хозяйства, скотоводства, образования, нефтегазовой и химической промышленностей, финансовых институтов. Большая часть Техаса (центр и север) представляет собой равнины, покрытые кустарником, всё более редеющим к западу, где начинаются степи и пустыни.
Далласцы считают себя более утонченными людьми, чем жители других частей Техаса, особенно это касается Форт-Ворта. По причине недавнего экономического бума в Далласе, сюда переехали многие люди из других штатов и других стран. На каждого жителя Далласа приходится вдвое больше ресторанов, чем на каждого жителя Нью-Йорка. Также далласчане тепло относятся к своим спортивным командам, в особенности, к «Далласским Ковбоям» (Dallas Cowboys). Ковбои любимы местными жителями даже несмотря на череду неудач, неприятные проигрыши, не помеха даже если другая команда обгоняет Ковбоев в турнирном первенстве. Календари с изображениями звезд спорта, а также иная атрибутика настолько популярна, что ей посвящаются многочисленные магазины. Люди любят проводить время в спорт-барах, где можно посмотреть игру любимой команды с несколькими десятками единомышленников.
Заметный минус — уровень преступности. По этому показателю Даллас стоит на первом месте среди американских городов-миллионеров (по статистике 2005 года, в США только 9 таких городов). До этого на первом месте находился Детройт, но из-за убыли населения он вышел из категории миллионеров, и его место занял Даллас.

+1

2

Автовокзал =======>
Спрашивать меня о том, как мы доехали, думаю, не имеет смысла. Никогда не любил автобусы за духоту, а тут еще Алина... Какие-то десять часов, и мы уже лицезрели убранные улочки Далласа из окна(впрочем, без особого интереса), и вполне могли сойти за парочку, которая убежала от всех и вся в Техас уикэнд провести. Впрочем, я после этой длительной и на удивление приятной поездки начал задумываться, а не правдиво ли это утверждение, и не стоит ли нам сейчас озаботиться сначала кое-каким жильем, душем там, всякими необходимыми вещицами("интересно, какими такими вещицами?" - ехидно интересовался мозг, пока я с окна выискивал глазами аптеку), а так же закрытым пространством и удобными мягкими плоскостями... Туда, куда мы собрались, нужно идти, не думая о том, как бы скорей "напарника по приключению" съесть. С потрохами. Ну или без потрохов. Как угодно будет "напарнику"... Вы заметили, как осторожно и неловко я зову Алину "напарником"? Словно эти поцелуи, эти безумные пожирания друг друга губами, руками, глазами, это странное и слишком сильное опьянение, которое я чувствую, когда с ней - это все временно и не всерьез... Словно я совсем не доверяю своим чувствам - а, может, так и есть? Слишком часто они подводили меня, слишком много было неожиданностей, от которых до сих пор хочется сгрызть собственные локти - досадно ведь... Верно - не доверяю, а потому молчу, потому мы оба ведем себя так, словно все и должно быть столь странно, спонтанно, непредсказуемо. А чего еще можно ждать от девушки-неожиданности, Алины? О Боги, я до сих пор не слишком бы удивился, если бы она решила, что мое присутствие тут все-таки неприемлимо, и, достав из своей сумки пистолет, пристрелила меня, вполне дружелюбно помахав на прощание ладошкой. С милейшей улыбкой очаровательного киборга. Замечательно.
Ну да и не было у меня времени над тем, чтоб о чем либо подумать. И смысла - тоже не было. Потому как из этой передряги вполне можно живым и не выбраться, а, значит, сейчас мы - теоретически - абсолютно свободны. Сейчас можно пробовать все и совершать любые глупости... Пока мы выбирались из автобуса(мед-лен-но, неторопливо, непозволительно улыбчивые(во всяком случае, я) и обнимающиеся - там ведь, черт возьми, ступенька, а я джентльмен!), я любовно ворковал на ушко Алине что-то о том, что нам нужно передохнуть с дороги, что ранчо оружейника вместе с хозяином никуда от нас не сбегут, что идти туда нужно с ясными мыслями и послушным, отдохнувшим телом... Я был так увлечен, так расслаблен, что напрочь не хотел замечать(да и мог ли?) что на нас с расстояния эдак тридцать метров тонкое и красивое дуло смотрит... И уж тем более я не мог слышать глухой щелчок. Выстрел. Ну а кто мог подумать, что обозленный и рассерженный на нас Страттон о досадном инцинденте забывать не захочет, и оповестит нанимателя о том, что ситуация из-под контроля вышла?..

+3

3

Автовокзал ====>

Да в моей жизни были затяжные поездки и перелёты, их было много, учитывая такое моё "хобби", как любовь к побегам от проблем. Но мне стыдно даже себе самой признаться, что никакую из этих поездок, насколько бы многообещающими они не были (о, да, трудно конечно представить, но когда я летела в Японию в первый раз, я не могла спокойно усидеть на месте), невозможно сравнить с этой поездкой в душном автобусе от Лос-Анджелеса до Далласа. Нет, и это не из-за Лондона! За окном просто виды красивые были... (какие к чёрту виды? Я даже не помню мимо чего мы проезжали). Ну, в общем... Арр... Я короче ещё не решила, почему эта поездка лучше предыдущих, хотя точно заявляю, что она лучшая.
И вот, когда мы наконец приехали, и мне помогли выйти из автобуса (Лондон джентльмен, да, но мне это чёрт возьми так непривычно, я же всё сама привыкла делать), свежий воздух наконец мог проникнуть в мою затуманенную от поездки (или из-за Лондона?) голову и разбудить мой злобный и вредный разум. Который сразу начал мне шипеть, что я вообще преступаю все свои принципы, что столько целоваться и находиться в объятиях мужчины вредно для здоровья (откуда он такой бред взял?). Что неужели, в конце концов, я решила поменяться из-за мужчины? Никогда! Перевоспитать меня абсолютно непосильная и невыполнимая задача. Так что уж об этом мой разум точно мог не волноваться.
Пока я вела эту "внутреннюю борьбу", Лондон уже нашёптывал мне планы насчёт продолжения нашего "круиза". Ну, что я могу сказать... В нужную сторону мыслите Лондон. Ведь я почему-то совершенно не против вашего предложения. Тем более мне на руку (а не моему разуму) то, что сейчас мы действительно находимся в сумасбродной и непредсказуемой ситуации, и она может неизвестно чем закончиться. Да же тем, что нас обоих закопают на заднем дворе у Филлипса, и мы будем посмертно подрабатывать удобрением (да я не исключаю и такого варианта, а что поделаешь?). Или же наоборот, мы как настоящие супергерои разберёмся со всеми проблемами без особых усилий и увечий, а после этого разбежимся и вряд ли когда встретимся. Потому что если бы не та злополучная перестрелка возле моего дома, мы бы никогда не пересеклись (где бы могли встретиться хирург и оружейница? Если подкинете варианты, мне будет интересно их послушать). Только я допускаю ещё один исход... Что не разбежимся... И я не понимаю как этот финал оценивать, как хороший или, как плохой? Наверное для многих это глупая дилемма, но для меня она совершенно дикая, но при том ещё и чрезвычайно сложная...
Я даже рада что меня отвлекли от этих мыслей, правда совсем негуманным способом. В нас выстрелили. Интересно а в кого метили? Но это уже мысль второй секунды, а пока мы вместе Лондоном (при этом не отпуская друг друга) скрываемся за ближестоящим автобусом, а мимо как раз вторая пуля свистит. Вот только теперь я кажется поняла в кого стреляли... В меня. Первая пуля меня таки зацепила (а я ведь зарекалась, не калечиться! Всё больше вообще никогда зарекаться не буду. Тьху, опять зарекаюсь), правда я даже умудрилась её не почувствовать, а только увидеть, идеально ровную кровоточащую полоску на правом плече, больше похожую на то, словно меня поцарапала кошка. И мне даже не больно (сама удивляюсь, только правда жжёт, словно от ожога, но по моему это совершенно не та боль, которая по идее должна быть), мне больше кофту жалко (да, я материалистка и жалею об испорченных вещах, и что?). Ну если собрать всё выше сказанное, то я элементарно, схлопотала ранение по касательной. Меня зацепило раскалённым боком пули, по этому и рана болит словно ожог.
Только вот моя  боль даже словами не выражается, а так просто сопровождается выразительным скрипом зубов, но потом я таки начинаю говорить:
- Наш "курорт", кажется прервали. Как законопослушный доктор смотрит на то, чтобы свалить отсюда и как можно скорее?

+3

4

Я уже не помню, что говорил, кажется, что-то о том, что знаю отель, в котором условия ну просто таки невероятно комфортабельные, что нам стоит туда поехать, разведать, траляля жужжу... И откуда я только знаю это, я же никогда не был в Техасе, правда?... А после мои увещевания были самым нахальным и беспардонным образом прерваны - что-то глухо "бздынькнуло" очень близко, и я увидел на железной покрышке автобуса довольно заметную дырочку. Размышлять о том, что бы это могло быть, и не слишком ли активные в Техасе насекомые(ишь ты, как в автобус впаиваются), не было - Алина уже, вырвавшись из моих теплых обьятий, рванула меня за руку, и через миг мы уже были за автобусом, и куда растерялась наша романтика? Прагматичный, злой, и ничуть не испуганный взгляд Алины. Еще миг - и я становлюсь таким же. Замечаю, что ее немного задело - детская царапина, но чертовски неприятная. Мозг отстало подсчитывает, что палили в нас два раза, потом я очень запоздало соображаю, что устроить нам теплый прием - лучшее, что они могли сделать, а мы попались, как идиоты.. Впрочем, я подобных делах и есть идиот, а потому заниматься самобичеванием и самоуничижением тоже не стал, да и потом, времени нет.. Сколько им потребуется времени, чтоб достать нас за такой надежной штуковиной, как автобус? Еще несколько секунд раздумья - и последний заводится, не оставляя нам никакого шанса на то, что мы за ним еще хоть жалкий мизер времени скрываться сможем. Дерьмо. Везде дерьмо - и я сам в дерьмо превращаюсь, потому что мои глаза уже лихорадочно шарят по автовокзалу в поисках того, где мы хоть на крохотный отрезок времени в безопасности себя почувствовать сможем.. Тут уж не до обжимашек, простите, Алина, да и вам, я думаю, это тоже сейчас маловажной штукой кажется.. Правда, где-то на краю сознания всплывает мысль о том, что если сейчас меня порешат, я по крайней мере ни о чем жалеть не буду...
Так вот, автобус отъезжает - пока медленно, неторопливо, а я, держа Алину за руку, пока легкой трусцой за ним припускаю - ведь вижу, что еще десяток метров, и мы до стоянки доберемся. О чем я там говорил? Ах да, о моем превращении в дерьмо - легкое такое, не слишком-то смердючее, но с оправданно сильным инстинктом самосохранения и желанием жить. А потому такое мелкое преступление, или даже, можно сказать, хулиганство, как угнать чужую тачку, мне сейчас детским лепетом кажется, доброй шуткой, шалостью... Со стороны, наверное, это выглядит здорово - запрыгнуть в кабриолет, пусть и потрепанный, с так безрассудно оставленный нерадивым хозяином или хозяйкой ключом зажигания, и сорваться с места. На самом деле это все происходило так быстро, что я сообразил и осознал, что произошло, уже после того, как мы с опасного вокзала выбрались, преждевременно и самонадеянно радуясь, что за нами никто не едет, что улицы окраин Далласа пустынны и такая подозрительная парочка, как мы с Алиной, может спокойно драпать так, чтоб пятки сверкали... А потом я вспомнил о том, что Алина ранена, и, одной рукой придерживая руль, второй стал помогать ей разобраться с водолазкой, пугаясь того, как ее рукав кровью наполнился... Я знал, что ранение неопасно, что оно скорей всего заживет даже если на него не обращать внимания(правда, в грязи лучше не вываливаться), но от вида Алины с кровавым пятном на руке у меня почему-то напрочь выбивало мульки и болезненно екало сердце... А потому резкого поворота, который мы совершить должны были, я не заметил(был занят чем-то гораздо более важным, а точней, отрывал зубами кусок своей рубашки, чтоб Алине было чем руку перевязать)... Оглянулся на дорогу, когда почувствовал странный толчек, а потом - резкое, совершенно противоестественное и неприятное движение вниз...

+3

5

Вот это я и хотела предложить! - могла бы воскликнуть я, будучи более несдержанной. А так я просто мысленно порадовалась тому, что кажется мы теперь точно на одной волне, раз оба подумали, что не помешало бы угнать какую-нибудь тачку. А потом я ещё несказанно обрадовалась тому, что нам снова повезло (что-то нам безумно везёт в последнее время, вы не находите?), и нашей парочке на глаза попался кабриолет, у которого оказался очень нерадивый хозяин или хозяйка (видимо заскочил в магазин за сигаретами, а мы тут так вероломно его машину тырим. Но знаете, на фоне того что на моей совести, да и совести Лондона, есть трупы, то угон транспортного средства не кажется мне таким уж страшным преступлением).
И во время езды нет бы Лондону на дорогу смотреть, он решил заняться мной! Все мои слова о том,  что всё нормально, я переживу, и что не нужно мне помогать (по крайней мере пока), похоже оказались в воздух. Потому что видимо Лондон считал себя как минимум каскадёром высшей гильдии, и что наш (ну, теперь наш) кабриолет обладал автопилотом. Вот всё-таки не зря говорят классические злодеи что гуманисты-герои дураки. Потому что идут на безрассудные поступки ради других, и ради этого многим жертвуют. Да, вы врач, но показывать своё мастерство в нынешнем положении просто неуместно, для начала надо хотя бы удалиться на приличное расстояние от вокзала, остановиться, а потом пытаться мне помочь (при этом всё равно выслушивая постоянные отказы, так как я (как не самодовольно это звучит) самостоятельная и терпеливая).
Ну и как я уже пророчила, это всё выдалось нам боком, а точнее поворотом, который мы оба проворонили. Лондон, потому что был занят мной, а я, потому что пыталась отвлечь его от себя. Слететь в кювет, ощущение не из приятных, знаете ли. Это напоминает ощущение, когда вагонетка поднимается на самый высокий и отвесный пик Американских горок и резко скатывается с него вниз. И тогда чувствуешь, что всё твоё нутро осталось где-то наверху, а ты сам уже внизу. Но здесь это всё ещё и скрасилось чрезвычайно "приятным" ударом авто о землю. Нас подбросило на сидениях, а лобовое стекло, тут же щедро осыпало нас осколками.
- Как весело, - ехидно произношу я. - Лондон, куда же вы смотрели? - Я знаю куда, но этот вопрос буквально просился на язык и я не смогла его удержать. Правда разузнавать нет времени, мне как технику не нужно дважды повторять, что означает подозрительный дымок струящийся из-под капота. Сейчас, я повторяя моего папу, утверждаю, что будет ещё веселее. - Быстрее вон из машины! - говорю я резко, выпрыгивая из авто. - Сейчас кабриолетец самоуничтожится, вы же не хотите быть непосредственным участником этого действия? - Лондон здраво рассудил, что не хочет и ретировался из салона, а потом мы вместе, отбежав на почтительное расстояние, лицезрели очередной взрыв (уже второй, а может даже и третий, с учётом поджога "Тойоты", за время нашего знакомства, между прочим. У меня были опасные знакомства, но по моему это можно назвать одним из самых нестабильных, непредсказуемых и оттого самым небезопасным). Всё веселее и веселее я вам скажу. - Я думаю мой предпоследний вопрос уже не имеет смысла... - заключаю я, поглядывая на останки кабриолета. - Отправимся по душу Филлипса пешком или ещё есть предложения? - Мы ведь в принципе ехали в нужном направлении, так что мы сможем дойти до цели и пешком, уж не настолько далеко ранчо этого барона от города, иначе это было бы просто невыгодно. И, кстати, хотя я и задала вопрос, я уже шла, мягко потягивая за собой Лондона, нечего стоять на месте. Как стало ясно (и уже давно) в нашем положении ожидание и стояние на месте представляет даже большую опасность, чем езда вслепую на неуправляемом автомобиле.

+3

6

- Не надо было дергаться и сопротивляться, - огрызнулся я, выбираясь из машины. Сейчас я чувствовал себя очень дурно – снова вернулось ощущение, что я – безрукий, безногий, и, что самое печальное, совершенно безмозглый младенец, который только и ждал момента, чтоб напортачить… От этого я чувствовал себя еще дурней, а Алина поддавала жару ехидными улыбками и замечаниями. Как тогда, когда я «на посту сидеть» остался, только тогда ее укор был хоть отчасти несправедлив. И тогда я почему-то злился гораздо меньше. Может потому, что теперь, когда я смотрел в эти ироничные глаза, я вспоминал, какими растерянными они могут выглядеть? А эти губы, так нахально искривившиеся в циничной улыбке… Так-так-так, здесь пора мне остановиться, потому как за спиной что-то жахнуло, и жахнуло конкретно. Удовольствие, с которым Алина смотрела на то, как горели чужие машины, дома, и, я уверен, многое другое, вряд ли могло с чем-то сравниться, и я совершенно непроизвольно задумался о том, смогу ли я.. и Так, вот это тоже мысли совершенно не к месту, я ведь всего лишь оторвал таки от рубашки полоску белой ткани и перематываю ее раненую руку.
– Я за вами смотрел, если и у меня бы отлично получилось и то и другое, если бы вы мне так старательно не мешали – у вас, кстати, это тоже получилось отменно. - Даже если царапина и не опасна, нужно побеспокоиться, чтоб в нее не попала инфекция. Последнее я, кажется, говорю вслух, и добавляю, - Ну а что мне делать с вами, Алина, если вы подхватите столбняк? Притащить Филлипсу ваше окоченелое тело? – улыбке, с которой я завязывал узелок на ее руке (довольно сильно дернув ее – кажется, вместе с выбитыми мульками ко мне прибилась некая омерзительная мужланистость. Самое ужасное состояло в том, что быть нахальным идиотом мне, кажется, приходилось по душе) мог бы позавидовать и крокодил.
Ну а потом мы решили идти к Филлипсу в гости пешком, а я даже приблизительно не догадывался, сколько в понимании этой странной женщины значит «недалеко». Это могло быть двадцать минут, могли быть и сутки, и двое суток… Не буду скрывать, я все еще злился на нее – за то, что снова и снова заставляет меня чувствовать себя щенком. Ну и на себя немного – за то, что был таковым. Положение спасали только сигареты, которые я так радостно обнаружил в кармане и тут же – машинально! – подал Алине. Судя по тому, что на горизонте я не видел совершенно ничего, что можно было бы принять за ранчо, и даже за маленький лесок, или кустики, ковылять нам нужно было еще долго…

+3

7

- Это вам, нужно было послушать меня, - продолжаю я совершенно бесполезный и бессмысленный спор. - Я уж поди лучше знаю, насколько на меня ранение повлиять может. - И да, Лондон, не мешало бы вам ваши врачебно-гуманитарные порывы поослабить, а то право, рядом с вами я начну чувствовать себя безжалостной и бесчувственной маньячкой (это шутка конечно, мне всю жизнь было параллельно чужое мнение и поведение, правда трудно не замечать его, когда оно напрямую на тебя направлено). И кажется моя мысленная просьба не прошла даром, Лондон, таки резко, даже немного болезненно затянул узел на моей руке. Вот так вот, оказывается доктора Кюри совсем не трудно завести. Правда только одним вопросом. Как моя нелюбимая мать говорила — "Что-нибудь ему не так скажешь, пойдёшь против его ("великого". Моя мамаша тоже была язва ещё та) воли, так сразу, вспыхивают. Напыщенные и самоуверенные дураки эти мужчины, и за что мы только на них вешаемся?" Последнее не относится к моему мнению, я только процитировала, так что не думайте чего. - А ведь могли бы и притащить, - едко отвечаю я на вопрос о смерти от инфекции. - Тогда может быть он бы хоть от вас отстал. И вам бы не пришлось дальше со мной носиться, - хотя и сейчас Лондона никто не держит, отца рядом нет, он может направляться куда пожелает, я его не держу. Или держу? Короче не знаю...
Я категорически отказалась от сигарет, я всё-таки "наивно" считаю, что они вредны для здоровья. А вот курящий врач, так же как и преподаватель физкультуры, это конечно нонсенс. Но при этом настолько распространённый, что уже таковым и не кажется. Я лучше подсчитаю, сколько нам идти. А для этого я вынула из сумки аккумулятор и заменила им севший в Р2Д2. Ну вот, теперь снова ощущаю себя в своей тарелке Хотя это странно сказано, ведь со стороны я и Лондон выглядим просто смехотворно. Оба недовольные, он в рваной рубашке и с обиженным лицом дымит сигаретой. И я, растрёпанная, лохматая, с перевязанным плечом, иногда поглядываю на спутника взглядом, далёким от позитивного, то увлекаюсь сумкой или КПК. Короче выглядим либо как погорельцы, либо как неудовлетворённые сексуальные партнёры (мол я от неё/него такого ожидал, а оказалось всё совсем не так). А это ещё что за мысль? Быстро её вместе со всеми намёками из головы выдула! Как же я быстро умудряюсь забыть о том, о чём с противоположными желаниями думала совсем недавно... Хотя, похоже, не умудряюсь... Чёрт!
Я ещё так верно подумала, что меня ожидает просто "великолепное" путешествие. Пешком, практически по пустыне, ещё при этом вяло, переругиваться со спутником красота! Что может быть лучше? А лучше только то, куда мы направляемся, и что мы там будем делать. Филлипса естественно нужно устранять, с таким "большим" человеком, бредовое запугивание не прокатит, он расколет вмиг. Проще просто ворваться к нему и сразу застрелить, но кто позволит нам совершить такое чудо? Похоже придётся на ходу импровизировать.
- Меньше полутора часов, - отвечаю я на не заданный вопрос Лондона о времени нашего путешествия, после того как просмотрела карту местности и рассчитала расстояние и скорость в Р2Д2.

+4

8

Ну конечно же! Спасаешь ей жизнь, волнуешься о ней, а она принимает твою помощь, как должное, и снова и снова ехидные улыбочки на тебе оттачивает да замечания откалывает такие, что повеситься хочется. Тут же. Свернув ее кишки в плотное колечко и привязав их к верхушке кактуса(если тут вообще таковые имеются). Кстати, насчет кактусов. Я уже начинал думать, что этот мистический Филлипс специально все вокруг, кроме ящериц и тушканов, которые то и дело сновали у ног, изничтожил. Дабы такие увальни безмозглые, как мы, были видны как на ладони. Кому? Я задал себе этот вопрос и тут же устремил взгляд в небо – такой задумчиво-мечтательный. Вертушек в воздухе не имелось, это оставляло надежду на то, что дом противника мало походит на крепость. Во всяком случае, танков у него там, наверное, нет. Наверное…
А через час уже что-то темное и довольно большое виднелось на горизонте. Алина разглядывала таинственное «это» сквозь стекла очков довольно равнодушно, я же со своей близорукостью не мог ничего увидеть и яблочный сад сперва действительно принял за ряд стоящих один к одному танков. И не думайте, что я параноик, просто после всего, что я совсем недавно пережил, меня не удивит даже Архангел Господний, который спустится на грешную землю для того, чтоб указать сошедшему с благого пути доктору Кюри о том, что он поступает неправильно, и напомнить, что у него есть семья, работа, совесть, в конце концов, а взорванный дом еще не значит, что пора на всех и вся обозлиться и пилять по пустыне с явно бахнутой барышней. И уж тем более не нужно смотреть на нее искоса, украдкой, когда она отворачивается, и думать о вещах вовсе непотребных, порочных, неуместных в этой печальной ситуации…
Впрочем, печаль ситуации и ее горечь я наотрез замечать отказывался, а когда мы дошли до вполне хлипкого заборчика из колючей проволоки, деловито обошел ее, пока не нашел довольно большое расстояние между ней и землей, и отважно сунулся в логово к волку.. Ну или в пасть к крокодилу. Ну или к Лохнесскому чудищу – кому как больше нравится.
Алина следовала за мной беззвучно – чисто прирожденная ищейка, а я бесстыже хрустел ветками под медвежьими ногами и пялился по сторонам, выискивая псов или охрану. Ни того, ни другого не обнаружил.
За то обнаружил другое, гораздо более полезное – Филлипса собственной персоной, играющего в гольф в полном одиночестве в саду. Какая удача! Похоже, Фортуна улыбалась нам с Алиной так широко, так белозубо, что аж глаза слепить начинала. Впрочем, не буду говорить за двоих – Алина всегда выглядела уравновешенной и спокойной. Патология.
- У вас какая-то особая форма аутизма, да, Алина? – задумчиво и почти с издевкой произнес я, потрепав ее по плечу и не обращая внимания на то, что она на земле уже присела и целится. Все равно попадет, а у меня беда – мне птичка с таким звучным "чавк" на плечо нагадила, я листочком снять это попытался, а оно только размазалось. И теперь мне тоже просто необходимо стало кому-то нагадить. Хотя бы в шутку. Пусть даже это – злая, хоть и очень умная женщина с заряженным пистолетом. Наверное, это все же было слишком…

+4

9

Проволочный забор оказалось легко преодолеть (честно, я думала будет что по круче), да он ещё и оказался не под напряжением, хотя маленькая жестяная ржавая вывеска на нём гласила, что забор под напряжением. Это видимо, как жестокий блеф хозяина, который вешает на калитке табличку с надписью "злая собака", хотя имеет в активе только рахитичного пуделя. Но я отвлеклась, забор был первым этапом, вторым стал яблочный сад "барона" (и что у престарелых "оружейников" такая страсть к зелёным насаждениям? У Пьетти дом тоже декоративная роща окружала), по которому мы пробирались словно гном и эльф. Теперь я роли изменю. В этот раз Лондон, шумел, словно неповоротливый гном в тяжёлых доспехах, а мне удавалось на его фоне передвигаться почти беззвучно, словно настоящему лесному эльфу. И вот, когда Лондон первым заметил, нашу "жертву", я вынула из сумки пистолет, присела и прицелилась.
А я что забыла упомянуть во время лекции по стрельбе, что под руку стреляющему говорить нельзя? Хотя нет, можно, но только не колкости! Вы Лондон, похоже решили меня довести, в отместку. Ну выбрали бы время получше, когда Филлипс бы уже холодел, а мы бежали отсюда со всех ног. Нет вас угораздило "уколоть" меня именно в этот момент, когда наша свобода от слежки и опасности (и от вас Лондон!) была буквально в шаге от нас, вы всё испортили! 
В общем, я промахнулась. Конечно, выстрел был практически бесшумен, но зато дырка в декоративном фонтане в форме греческой богини была заметна невооружённым глазом. Но не только это помогло Филлипсу указать охране то место где мы прятались. Я ещё сама ему в этом с радостью помогла, подскочив на ноги, грозно воззрившись на Лондона, я злобно, но при этом громко спросила:
- Что вы сказали?! - да-да, я сорвалась! Стыд мне и позор. Тем более теперь у этого противного доктора есть ещё повод, чтобы меня "укалывать".
На мой голос, сразу же как по волшебству явились три крепких детины (слава богу, что хоть и будучи в запале, я сунула пистолет в потайной карман сумки, так что поймать нас "на горячем" у бодигардов не получилось). Двое без разговоров сцапали Лондона, а третий меня. Я даже не вырывалась толком. Потому что была зла не на качков-охранников, а на себя и медика, что многословно, нецензурно и по-немецки высказывала. Нас подвели к Филлипсу, который оценивающим взглядом осмотрел своих незваных гостей.
- Вы кто? - спросил он наивно. Да, ему дозволены такие вопросы, когда те, что с ним разговаривают, находятся в цепких лапках его охраны.
- Никто, - всё так же злобно и по-немецки ответила я, наплевав на то, что Филлипс вряд ли знает мой второй родной язык.
- При них оружие было? - спросил он уже охрану, та отрицательно покачала бритыми головами. - Странно, а кто же стрелял? И где я тебя мог видеть, девчонка?
Ненавижу, когда меня называют девчонкой, правда обычно сдерживаюсь, но сейчас, слова оружейного барона вновь прокомментировались немецкой нецензурщиной.
- Уж не ты ли, та самая таинственная Райнер, которая работала на моего старого приятеля Пьетти? Он мне тебя так советовал, так советовал... Правда сейчас он вынужден опять искать себе жильё, кто-то бомбанул его особняк. Очень жаль, шикарный у него домик был. Практически крепость, и кто умудрился туда попасть и всё взорвать? Видимо эти кто-то даже не смогли бы выбраться, это же было бы невозможно. - Филлипс махнул рукой с клюшкой, -  Ну что я об отвлечённом, всё. Если ты действительно, та самая Райнер, и сама ко мне в руки пришла, то не грех такой возможностью воспользоваться. Кстати, а кто это с тобой? Любовник что ли? - спросил оружейник мерзко усмехаясь. Ответа он от меня не услышал, по этому вновь обратился к охране. - Отведите этих Бонни и Клайда в "камеру". Я доиграю партию, а потом подумаю, что же с ними делать.
Нас взяли покрепче и повели через промышленную часть дома (почему промышленную? Я просто так обзываю кухню и кладовые мимо которых нас вели), а потом совершенно невежливо запихали в небольшое полуподвальное помещение и правда смахивающее на камеру. Частично деревянные, частично бетонные стены, бетонный пол, две лавки вдоль правой и левой стен, и небольшое окно под не слишком высоким потолком, выходящее на улицу. Кстати, оно не такое уж и небольшое...
Когда нас таки оставили наедине, я грозно посмотрела на Лондона, со всей силой давя в себе желание сказать — "Это вы во всём виноваты!". Но я таки смогла подавить в себе эти слова, но зато вылезли другие:
- Ну что Лондон, вы довольны? - есть место для отдыха, правда без душа и без всяческих удобств, зато можно хоть уотдыхаться. Чёрт!

+4

10

- Держи себя в руках, женщина! - тихо прошипел я, когда Алина вместо того, чтоб закончить начатое, ринулась ругать меня, да так, как я прежде никогда не слышал. Это немецкий язык или просто маты, которые мы, простые смертные, никогда не слышали? Я тоскливо докуривал свою сигарету, придерживая уши ладонями и с недоумением взирая на Алину, когда вдруг рядом с нами, как грибы, выросли охранники. Естественно, теперь на то, что мы пришли на экскурсию, все спихнуть не удастся. Дерьмо. Если б за меня взялось не трое, или если бы они не были такими дюжими, я бы, быть может, и попытался высвободиться из их "обьятий"... А так.. А так приходилось довольствоваться тем, что они не вытащили из моих зубов сигарету, и идти, куда ведут. Впрочем, понятие "идти", когда тебя под белы рученьки три шкафчика с антресольками держат, - дело простое. Переставляй себе ноги да и не удивляйся, если они вдруг от земли отрываться станут.
То, что мне пришла кончина(над этим я раздумывал, пока лысоватый тщедушный дяденька Алину рассматривал. Кстати, ее фамилия - Райнер...), я понял еще тогда, когда дом полыхал, а потому сейчас, как существо, от которого исход событий совсем не зависит, вел себя спокойно. Разве что заметно воодушевился, когда Филлипс меня "любовником" назвал - наверное потому, что это была единственная неправда в его речи. Любовниками мы стать не успели. А жаль. Что-то мерзкое тоненько шептало над ухом о том, что об этом нужно было думать раньше. Например, до того, как я откровенно помешал Алине выстрелить. Либо же до того, как отважно лететь в кювет, искренне поверив в свои безграничные силы...
Думаете, я попустился? Хотел бы я сказать, что это так, но.. Мне вселяла надежду одна маленькая деталь - похоже, мужичка серьезно интересовала интеллектуальная собственность дражайшей Алины, а, значит, убивать нас не будут. Пока. Ну, или убьют меня. Мысль о возможной скорой кончине, вопреки ожиданиям, меня не освежила и не встряхнула, а потому, когда мы оказались заперты в камере, я все так же ехидно улыбался Алине. Мол, знала, куда шла, чего ж сплоховала, птичка?
- Доволен? - промычал я, аккуратно подперев стенку собственным некоротким телом. - Да я в сраном восторге, - мычание продолжилось, поскольку я неторопливо, обстоятельно дымел очередной сигаретой. Алина была на взводе, моя теория насчет аутизма либо оказалась ложной, либо у нее сейчас такой себе "приступ", во время которого она мне едва ли не сердце голыми руками выдерет. Вспомнилось, как я размышлял, пардон, мечтал о чем-то подобном, и желание вывести ее из себя, чтобы завести.. Эмм, начнем с начала. И желание разозлить ее, несдержанную истеричку, каковыми и являются все женщины, стало еще сильнее. Потому я избрал совершенно неправильную и поддающую мои хрупкие места опасности тактику - грозно наступал на выглядящую хрупкой Алину и заставлял ее пятиться, продолжая мычать что-то маловразумительное, но очень угрожающее насчет того, что она меня во все это вляпала, что из-за нее сгорел мой дом, из-за нее я убил человека, ну и дальше, как оно все было, и скажите пожалуйста, как после всего этого я могу быть довольным?.. Закончилась тирада, когда Алина была весьма бесцеремонно прижата к стенке спиной, а я нависал рядом и не менее пугающе(пугая в первую очередь самого себя, я полагаю) впивался в нее глазами(которые предательски отказывались фокусироваться на глазах и почему-то для точки сбора избирали губы), даже сигарету выбросив - джентльмен не будет задымливать даму. Сказать мне было нечего, потому как все силы теперь уходили на то, чтоб все еще оставаться серьезным в этой совершенно дебильной и едва ли не комичной ситуации. С каких пор быть запертым в подвале подпольного оружейника для меня стало веселым и забавным, я не заметил. Наверное, с тех пор, как я встретил ее.
Я врал, Алина - я всем доволен. И даже если... нет, я не буду говорить это страшное слово касательно тебя, признаюсь только себе, что я ни о чем не жалею. А на тебя буду продолжать смотреть с укором и ироничной улыбкой - потому что если бы не ты, мы бы уже драпали по степи, как гребанные зайцы, гребанные счастливые и свободные зайцы...

+3

11

- Вот и прекрасно! - рявкнула я в ответ на его "в восторге", скрещивая руки на груди. А он опять мерно задымил своей сигаретой. Тьху! Если он ещё и курить тут собирается, я самолично буду выдёргивать сигареты из его рта. Мне надоело эту дымищу терпеть. И я уже подумывала выполнить это своё желание, как Лондон решил видимо задавить меня, маленькую женщину, своим "авторитетом". Вот поганец! И начал наступать на меня, перечисляя все наши приключения и обвиняя в них меня, я же только безмолвно отступала, надо же "джентльмену" дать договорить. А потом, когда я почувствовала лопатками стену, а у доктора временно кончился словарный запас, я приняла "эстафетную палочку" в свои руки и начала свою триаду, при этом богато приправляя её немецкой руганью. Я заявляла ему, что он, во-первых, мог бы мне и моему отцу вообще не помогать, а валить дальше по своим грёбанным делам. Во-вторых, в конспиративной квартире его никто силком не удерживал, он запросто мог уйти, оставив меня и отца разбираться самостоятельно, и наплевать на мнение Ганса. В-третьих, я его с собой в этот чёртов бизнес-центр не звала, он сам пошёл. И кстати, ещё я не просила, чтобы меня ТАКИМ образом защищали от узнавания (хотя, мне это, чёрт подери, понравилось)! Да, и в-четвёртых, вы Лондон, просто могли помахать мне платочном на прощание, и остаться в Лос-Анджелесе и я бы одна прекрасно доехала и сама бы разобралась. Мне не впервой!   
И всё это я ему яростно заявляла, пока он нависал надо мной, аки надсмотрщик, над заключённым. Мои глаза, наверное, горели от гнева в полутьме этой "камеры". Но когда и мои слова кончились, мне осталось только воззриться на Лондона, так же как это он сделал до меня. А потом ловить себя на том, что мой взгляд устремлён не в его глаза, а блуждает по его лицу, останавливаясь на каждой черте и словно пытаясь запомнить её. Чёрт-чёрт-чёрт! Лондон, до чего вы меня довели? Я психую, словно подросток, злюсь на вас словно ребёнок на маму (то есть так, что вроде бы и "не мама ты мне больше!", но с другой стороны, меньше чем через час ребёнок броситься её обнимать и плакаться ей, если что-то будет не так, а она его простит), пытаюсь запомнить ваши черты и не могу выбросить из головы ваши поцелуи, словно я что-то к вам чувствую. Нет, нет и ещё раз нет. Уж этого точно быть не может. Со мной не может.
Ну почему перемалывая это всё в своей голове, я смягчаюсь, остываю и возвращаюсь к своему обычному, спокойному состоянию. Которое, вы Лондон, почему-то обозвали "формой аутизма". Но я кажется слишком быстро перегорела, чтобы ругать вас ещё и за эти слова. Моя душевная, ну или как иначе обозвать, не знаю, организация просто не способна поддерживать меня в долгом состоянии какого-то чувства. Например, гнева. В этом я сейчас окончательно убедилась.
Кстати, почему, пока я думаю, я уверенно, встаю на цыпочки, кладу руки на его плечи, и тянусь губами к его губам? Мне кто-нибудь объяснит такое расхождение в действиях тела и разума? Но я уже не буду слушать, потому что мозг отключился, словно компьютер, отключённый от сети, а я целую Лондона. Только странные ощущения меня сопровождают... Я словно прошу примирения этим поцелуем, или извиняюсь... За что, правда, непонятно...
Ох, не тем мы занимаемся, будучи заключёнными... Нам нужно думать как сбежать, а не ругаться, а потом так мириться (чёрт! А ведь так мирятся влюблённые парочки... До чего я докатилась...), надеюсь Лондон об этом догадается и оторвёт меня от себя, чтобы я начала думать над животрепещущим вопросом побега?

+3

12

Вы, Алина, говорили и говорили, а моя морда все паскудела и паскудела, и, хоть и глаз я с вас не спускал, мысленно я уже давно стоял на коленях и просил прощения. Пожалуй, пару лет назад, остро почувствовав свою неправоту, я бы так и сделал, а сейчас... Сейчас я ощетинился, кожурой оброс, и упрямо гну свою линию, как настоящая свинья. Паршивая вещь - разочарование. Благодаря ему мы чувствуем гораздо меньше боли, но.. черт возьми, есть большой шанс пропустить что-то настоящее. Не знаю, кто из нас больший мудак, но Алина потянулась к моим губам первой, а я только наклонился к ней и и утонул. В ее непонятно отчего виноватых глазах, в этом странно извиняющемся и таком нежном поцелуе... Страшные творятся вещи - когда такая характерная мотивация мужского поведения, как похоть, грязное и примитивное вожделение отступают на задний план, и свету предстает что-то гораздо более волнующее, что-то... настоящее? Я этого не знал. Только понимал, что не хочу сгнить в этой конуре, не хочу, чтоб это приключение закончилось так быстро, так преждевременно, потому что хочу увидеть ее еще... Хочу еще точно так же чувствовать. А, может, это просто адреналин? Опасность для жизни, от которой все чувства обостряются, как от наркотика, и все кажется слишком большим, ярким, сильным?.. Тогда имя моего наркотика - Алина... Она целовала меня так чувственно, так искренне выражала признательность(за что?), а я отвечал ей тем же, обнимал ее, гладил ее спину и волосы так жадно, словно каждую чертову минуту мой мозг, который повадился отлучаться в самые ответственные моменты, помнил, что сюда могут войти, и все - все! - может закончиться. Навсегда. Окончательно и безповоротно..
В общем да, ситуация была дерьмо, и мы скрашивали ее как могли, только вот идея предсмертного секса меня не вдохновляла.. Алину, кажется, тоже, потому что когда я отстранился, жадно вдыхая воздух и поправляя свою изрядно потрепавшуюся одежду, она не возражала - напротив, стала оживленно по комнате глазами шарить в поисках чего-то полезного.. Чего? Я узнал это, проследив ее взгляд. Потолки в полуподвальных помещениях были невысокие - метра два с половиной или три, не больше. На высоте около двух метров находилось окошко - добрый метр в ширину и пол метра в высоту. Мысль о том, что туда даже я пролезу, посетила меня почти мгновенно, а потому терять времени не стоило. Действовали мы слаженно, не договариваясь - а о чем нужно было говорить?..
Я подсадил Алину на свои плечи, а она достала что-то из сумки и разбила стекло, которое, к нашему счастью, оказалось обычным. С помощью отвертки отвинтила решетку - так быстро, что мне только удивиться ловкости ее пальчиков пришлось, ну и саму решетку сорвать после того, как она освододилась.
Она вылезла из окошка, словно выдра, а я еле успел от полета кеда в лицо увернуться, после чего тоже полез наверх. Печальное дело - лазать по битому стеклу, но поцарапанные пальцы нравились мне гораздо больше, чем дырка между глаз или перерезанное горло, а потому через минуту я уже был рядом с Алиной. Оставалось самое простенькое - пришить Филлипса да смыться отсюда. Живыми и невредимыми.

+3

13

Теперь мы с Лондоном на одной волне. А как ещё объяснить, что когда мы всё-таки оторвались друг от друга (как это было, чёрт возьми, трудно...), мы без слов поняли, как нам выбраться, и провели операцию по побегу. Да, конечно, царапины на руках от битого стекла будут жечь, но главное, что мы смогли освободиться. И теперь, когда мы били практически свободны, нам осталось только одно — устранить Филлипса. Этого мерзкого старикана, благодаря которому я, правда, встретила Лондона... Но даже такой плюс, не позволяет ему оставаться в живых. Я не хочу бегать всю жизнь. Нет, я могу, но не хочу. Мне уже не двадцать лет, чтобы весело и беззаботно весь этот "бег" воспринимать. Иногда просто хочется покоя, и чтобы чувство постоянного затаённого страха, что тебя найдут и убьют, испарилось, хотя бы на время. Как это будет сейчас, когда я убью этого чёртова оружейника.
Мы тихо двигаемся вдоль стены, в поисках окна, которое выходит в комнату, где сидит и размышляет над нашей судьбой Филипс. Как же нам повезло, что гостиная оказалась на первом этаже и что он был там. А, и ещё, мы же даже не умудрились ни на кого не нарваться. Кажется Фортуна, снова обернулась к нам лицом, а то что мы оказались в плену, так это она просто отвлекалась. Ну сейчас не думаем об этом, сейчас сосредотачиваемся достаём из сумки сначала пистолет, а потом гранату. Да я много чего с собой таскаю, но так ведь всё, что я таскаю может оказаться полезным в любой момент! Ну, как например этот. Пока я отдаю гранту Лондону, который слегка опасливо принимает её из моих рук, чтобы перезарядить пистолет. Не бойтесь, всё нормально, она самопроизвольно не взорвётся. Она станет эдаким отвлекающим манёвром, разворотит гостиную, чтобы бодигарды за нами не сразу бросились. Ну, а теперь я могу забрать её обратно. Я сделаю всё сама, вы не против?
Мягко кладу руку с пистолетом на подоконник, целюсь и наконец, стреляю. И не промахиваюсь! Точно в висок! Выстрел был бесшумен, зато оконное стекло мигом зазвенело, рассыпаясь на осколки. Я же ещё не закончила, и выдернув чеку, бросила её в комнату. А вот теперь всё. Можем бежать. У нас три секунды до взрыва и пара минут на то, чтобы угнать тачку уже покойного Филлипса (пока мы сюда пробирались, я отметила, где у него гараж, причём открытый).
Мы успели отбежать от окна шагов на пять, когда раздался взрыв выбивший окна в гостиной и сорвавший шикарные занавески с гардин. Но нам уже не до этого. Я и Лондон бежим к гаражу, где уютно устроились чёрный Мерседес, серебристый Ниссан. Мы покосились на чёрного "мерина", но здраво рассудили, что лучше не светиться такой приметно-бандитской машиной, а взять Ниссан, что мы и сделали. И мне даже не пришлось "взламывать" авто, чтобы мы могли уехать, ключи лежали на панели управления (и снова нам чертовски везёт!). Лондон завёл мотор, и авто, вырулив из гаража, быстро понеслось, сначала по ухоженной подъездной дорожке, а потом, эффектно распахнув ворота (кажется мы сбили с них навесной замок...), полетело прочь от ранчо. Ему вслед раздалась лишь пара выстрелов а может больше, но мы так быстро унеслись, что не успели их услышать.
Именно сейчас, можно было спокойно выдохнуть. Мы теперь свободны. И я, и отец, и вы Лондон. Теперь за нами не будет охоты. По крайней мере в ближайшее время (это я конечно, себя имела ввиду, вы, доктор, вряд ли станете объектом охоты ещё раз).

=====> Лос-Анджелес

+3


Вы здесь » МегаполисЪ » За пределами города » Техас, Даллас